Развитие территорий — дело рук самих территорий. Мониторинг особенностей российской глубинки

О территориальном развитии в наши дни не говорит только немой. Программы, концепции, брендинг, круглые столы, выездные совещания, мозговые штурмы — каких только форм развития «русской глубинки» не придумано. А что же сама глубинка? Хотят ли малые муниципалитеты развиваться и знают ли как это сделать?

С ситуацией не понаслышке знаком председатель правления агентства развития территорий «Высокий берегъ» Николай Алексеевич Чистов. Он рассказал о современных особенностях территориального развития.

— Подавляющее большинство совещаний, посвященных территориальному развитию, выглядит примерно так: большой начальник из районного центра спрашивает у глав муниципалитетов и местных активистов — что вам надо для развития? Дайте денег — дружно отвечают они.

— Иногда деньги дают, и тогда в осчастливленном муниципалитете возникает нечто вроде «агрохолдинга» или «туристического кластера». На поверку агрохолдингом оказывается предприятие с десятью гастарбайтерами, сидящее на госдотациях. Туристический же кластер обычно — это небольшой музей с директором, экскурсоводом и фондом заработной платы в 20 тысяч рублей, выдаваемых опять же из бюджета.

— Получается, что инвестиции в глубинку вроде бы есть, рабочие места вроде бы тоже, а развития территории нет. Почему так происходит? Основная причина в том, что инвестиции идут в создание не совсем тех рабочих мест, которые требует современная экономика. Виноват стереотип. При слове «глубинка» в наших головах возникают луга, поля, пашни, посевная, фермы, комбайны и много людей, занятых сельским хозяйством или чем-то похожим.

— Но в современном сельском хозяйстве все наоборот. Там уже давно нет людей. Комбайны-автоматы и молокозаводы, которыми управляют максимум один-два оператора. С каждым годом тренд по уменьшению рабочих мест растет. Как ни кошмарно это звучит, но сельское хозяйство больше не является доминантой в устойчивом развитии глубинки.

— Пока немного смешной выглядит мысль, что в одном из сельских поселений может вдруг возникнуть, ну например, ай-ти кластер — место, где живут и работают программисты, инженеры или, скажем, дизайнеры. Многим кажется, что подобное невозможно? Но разве кто-то пробовал?

— Все запоем говорят о феномене «кремниевой долины» и прочих подобных проектах. Но никто толком не докапывался до сути, почему люди определенного склада приехали жить именно в ту «долину», а не в какую-то другую?

— Там в «кремниевой долине», как впрочем и во всем остальном мире, соль успеха зарыта внутри муниципалитета. В его стратегии и конкретных шагах, направленных на создание рабочих мест и комфортных условий для жизни людей с высоким уровнем интеллектуального развития.

— Применительно к российской действительности арифметика выглядит примерно так: 1 переехавший на постоянное место жительства человек высокого интеллектуального труда приносит данной территории в среднем 10 миллионов в год. То есть — приезд на территорию десяти человек — это 100 миллионов. Вот и считайте….

— По данным самых разных исследований в крупных городах России есть примерно от 7 до 10 миллионов человек, мечтающих перебраться жить в провинцию. Муниципалитетам просто нужно забрать этих людей себе. При этом вовсе не обязательно использовать государственные деньги. Условия для прорыва можно создавать с помощью частных инвестиций — было бы желание.

— Мы все время говорим о западных практиках, но в России есть свои не менее яркие примеры. Самый наглядный случился в старинном русском городе Ковров, что во Владимирской области. Не так давно там была введена в эксплуатацию современная клиника с суперсовременным оборудованием.

— Когда строительство клиники только затевалось, слово «сумасшедшие» в адрес инвесторов было самым мягким из выражений. Доставалось и муниципальным властям, которые поощряли странную авантюру в городе, который никогда не претендовал на особые достижения в области развития здравоохранения.

— Чудо произошло, когда из Коврова на всю страну был брошен клич «Алло, мы ищем лучших врачей». Причем приезжающим специалистам предоставлялась возможность не только трудиться в комфортных условиях и на лучшем оборудовании, но и решить свои жилищные проблемы. Не за бесплатно, так как все, что дается бесплатно, развращает, но за адекватные деньги.

— В итоге на сегодняшний момент из 90 врачей клиники, более 70% имеют первую и высшую квалификационные категории, 5 врачей — степень доктора медицинских наук и ученое звание профессор, 16 врачей — звание кандидата медицинских наук. За качественными медицинскими услугами туда потянулись клиенты из других городов. Так тихо и без особого шума был создан добротный медицинский кластер в том месте, где этого никто не ожидал.

— Причина та же, что и в пресловутой «кремниевой долине» — инвестиции были направлены в правильное место, а именно — в создание условий для людей, занимающихся высокоинтеллектуальным высокооплачиваемым трудом.

— Для проектов подобных этому не нужно ничего, кроме желания самих муниципалитетов работать, привлекать инвесторов, искать лучшие практики. Инвестиции приходят на подготовленную почву. Постоянно ждать денег из бюджета — тупиковый путь. Как ни жестко это звучит, но развитие территорий — это, прежде всего, дело рук самих территорий.

Чистов Николай Алексеевич — председатель правления АНО «Агентство развития территорий «Высокий Берегъ», реализующего проекты развития на территории высокобережья реки Оки от Богородска до Мурома. Родился в 1969 году в Богородском районе Нижегородской области. Закончил «Нижегородский государственный технический Университет имени Алексеева». В 2009 году Губернатором Нижегородской области включен в управленческий кадровый резерв для замещения групп должностей в организациях приоритетных сфер экономики и социального развития региона.